23 Октября 2017
МОСКВА 09:10
бЕРН 08:10
$ 57,08
€ 67,29
Premium
Sponsors
Статья в блоге   Авторы блогов

524

Что делать нам с любовью нашей?

Сергей Венедов
Независимый эксперт, Женева

Песню Всё, что осталось от нашей любви (Que reste-t-il de nos amours?) написал композитор Лео Шолиак на стихи знаменитого французского шансонье Шарля Тренэ. Автор слов впервые исполнил эту песню в 1942 году, а потом исполняли практически все известные французские певцы. Речь в ней идёт о человеческой любви, разлуке и верности в условиях суровых жизненных испытаний - войны. «О любви немало песен сложено», но я рискну вам «спеть» еще одну. Про нашу, российскую «любовь» к Франции и к Западу вообще.

Отношение русских к Франции всегда, исторически, было построено на симпатии, дружелюбии по отношению к французам, на восхищении историей, культурой, искусством, короче всем, что в нашем сознании составляет привлекательный, жизнерадостный и «аппетитный» образ родины галлов и мушкетеров. Ну, что поделаешь, любит наш брат этих задавак, любит их симпатичную родину. И хотя симпатизантов России на берегах Роны, Сены и Гаронны тоже всегда было достаточно, иррациональная, пылкая «русская» любовь была по большей части односторонней, без особой взаимности.

Поколения россиян продолжали «любить» Францию даже после нашествия Наполеона, Крымской войны XIX века, после многочисленных политических предательств в разные века и снобистского пренебрежения к России в последние годы, когда сама Франция стала постепенно, но неумолимо разворачиваться умом, ушами, глазами и сердцем в сторону Америки, всё больше растворяясь в англосаксонском мире, теряя свою исключительность и яркую самобытность. Качества столь дорогие чувствительной русской душе. Да мы сентиментальны – продолжаем любить Мирей Матьё, которую во Франции давно забыли и презирают как отстой.

Безответная любовь не может длиться вечно. Бывает, конечно, что из-за нее кто-то сводит счёты с жизнью. Но это не наш случай. Думаю, проживем и без любви с Францией, если та чурается России. Показательно и странно, что французы, по данным опросов, сегодня опережают немцев и даже американцев по негативному отношению к нашей стране. Но Франция наших дней тоже не в большом почёте у россиян. Глядя на её погружение в мутную трясину глобализма, которое наверняка усилится после победы «независимого» кандидата в президенты, похоже, настало время снова задаться вопросом, а что же осталось от нашей любви? Какую Францию мы потеряли или что сталось с великой культурной державой, которую все мы, и не только мы, любили и чтили?

Ровно десять лет тому назад автор этих строк защитил кандидатскую диссертацию, комплиментарно раскрывавшую суть «мягкого могущества» (puissance douce) культуры и культурной политики Франции. Страны, служившей духовным маяком народам Европы и остального мира на протяжении нескольких столетий, пока на планете не стала утверждаться (после Версальского мира и Второй мирой войны) и, в конце концов, восторжествовали (после исчезновения СССР и развала соцсистемы) «мягкая сила» (soft power) американской массовой культуры и её разновидность - мультикультурализм, навязываемый из-за океана.

После кандидатской диссертации у автора хватило восхищения и запала еще на три книги о козырях и преимуществах культурной политики Франции, хотя уже тогда, с приходом первого американизированного президента Николя Саркози, обвал мировых позиций французской культуры и культурной политики стал заметно убыстрятся. А сменивший его никчёмный во всем президент - социалист, вопреки заповедям другого, но достойного президента-социалиста (Ф.Миттерана) и усилиям его бессменного министра культуры Жака Ланга, - вообще свёл на нет традиционно боевитую культурную политику Франции.

Диссертация и мои последующие книги о «мягком могуществе» французской культуры и культурной политики как бы полемизировали с утверждениями и выводами вышедшей примерно в то же время нашумевшей книжонки американского журналиста Дональда Моррисона под ехидным заголовком «Что осталось от французской культуры?». К этому моменту тревогу за судьбу отечественной культуры и культурной политики уже высказывали многие дальновидные авторы и мыслители Франции. Например, в своей книге «Другая глобализация» (т.е. не экономическая, а культурная) известный публицист и культуролог Доминик Волтон еще в 2003 году остро поставил вопрос о выживании французской культуры «во все более открытом и, значит, всё более ненадёжном космополитичном мире». То есть в мире, чреватом утратой национальной идентичности странами, неспособными принять вызовы глобализации и ожесточенной конкуренции культурных и информационных индустрий. К концу «эры» Олланда задуманная мною докторская диссертация о «несомненных» преимуществах французской культурной политики перед американской лишилась основания и потеряла всякий смысл.

И вот на прошедших недавно президентских выборах во Франции победу с большим перевесом одержал т.к. называемый «несистемный» кандидат (ни левый, ни правый), который еще в пылу предвыборных баталий заявлял, в частности, что «французская культура больше не существует, а есть культура французов, немцев, греков, арабов» – т.е. мультикультурализм. Тем самым будущий президент Франции вбил последний гвоздь в гроб высокой французской культуры от Дидро и Монтеня до Андре Мальро, Мишеля Турнье и Мишеля Уэльбека. И это не удивительно, поскольку, как теперь всем известно, прыткий г-н Макрон являлся ставленником международных либерально-глобалистских кругов и был на скорую руку сотворен в пробирке, зажатой в руках Вашингтона и Брюсселя. За день до его избрания бывший темнокожий президент США, оговорившись, что «не хотел бы вмешиваться в чужую избирательную кампанию», пожелал французскому кандидату победы на выборах. Победы ему желала и канцлер Германии. И «победа» не заставила себя ждать. В рядах глобалистов ликование: Франция просела (в просторечии – «фукнулась»), ею будет руководить податливый, малозначительный, «их» человек. Который, чтобы отметиться, уже заявил, что не подчинится «диктату Путина» (???), и которому, судя по всему, безразлична судьба французской культуры и сохранения национальной самобытности собственной страны. Таким образом пространство для новой «вспышки» пылкой, но давно затухавшей виртуальной любви России к Франции сократилось до минимума, подобно шагреневой коже Бальзака.

Те, кто имел возможность бывать во Франции на протяжении последних скажем 30-40 лет, с огорчением констатируют печальное преображение этой некогда прекрасной страны. Суть его можно свести к одной отнюдь не случайной шутке из интернета: «Очень хотел посетить Париж, даже стал учить арабский язык». Поэтому не будем ностальгически вздыхать, оплакивая незавидную сегодня судьбу когда-то изящной и своеобразной Франции. В конце концов это проблема её гражданского общества и её избирателей, если они решили не сохранять свою неповторимую культурную идентичность. C разочарованием уходит и любовь. Тем более любовь без взаимности.

Проблема нашей неизбывной «любви» к Франции, на мой взгляд, должна рассматриваться сегодня в более широком контексте «любви» и тяги россиян к Западу вообще и к Америке, в частности. На протяжении всей истории и особенно в советскую эпоху уравниловки, идеологического догматизма, репрессий, бесхозяйственности, дефицита продуктов питания, элементарных вещей и других товаров широкого потребления жители нашей страны привыкли смотреть на благополучный Запад как на царство изобилия и благоденствия. Сегодня такой взгляд следует рассматривать как атавизм, пережиток совковой ментальности. В наши дни в капиталистической России полным-полно, даже перебор любых видов еды, одежды, источников информации, бытовой техники, любых товаров и развлечений плюс полная свобода разъезжать по свету, даже покидать родину навсегда. Масса россиян переселилась за рубеж, другие путешествуют по всему миру и могут сравнивать и реально оценивать «достоинства» западной жизни – закрытость, неравенство, безработица, дороговизна, русофобия, приток исламистов и мигрантов, криминал и теракты и проч. Но возникший в петровские времена комплекс «стыдного отличия и отставания» от Запада прочно засел в нашем мозжечке и почти 30 лет капитализма в России никак его оттуда не выбьют.

В год столетия Великой Русской революции появилось много интересных аналитических статей и размышлений, много новых ранее неизвестных любопытных фактов, убедительно показывающих, что крушение царской империи помимо династического, экономического, военного и социального кризиса, не в меньшей степени было вызвано предательством национальной элитой и интеллигенцией (ориентированных на западные «ценности») национальных интересов своей страны. Причём эта измена была спровоцирована и умело инструментализирована в своих корыстных интересах враждебными западными державами и спецслужбами не столько по политическим, сколько по геостратегическим соображениям. Они делали все, чтобы привести к власти в уважаемой и влиятельной мировой державе любое правительство (временное буржуазное или большевистское красное) и бросили на произвол судьбы российского монарха и Белое движение, лишь бы не допустить возрождения могучей России, снести её с глобальной шахматной доски великих держав.

Истоки этой политики и этих намерений Запада уходят в далекое прошлое, в эпоху раскола христианского мира на католичество и православие. Об этом много написано умными, знающими людьми. Нечего добавить. Но надо помнить, что жупел анафемы, ненависти и противоборства по отношению к иной вере в этом историческом раскладе первыми подняло католичество, объявившее православию несправедливую, затяжную, тысячелетнюю войну, обретшую сегодня форму войны «идеологической». Православие же по самой своей сути всегда было экуменической конфессией, проповедовавшей веротерпимость, примирение, всепрощение, смирение и любовь к ближнему. В характере, идеологии, менталитете, морали и поведении славяно-православных народов важное место занимает, если не преобладает, эмоциональная составляющая, с такими ее понятиями как любовь, верность, дружба, доверие, открытость, терпимость, великодушие, добросердечие, скромность, непрактичность, незлопамятность, неприхотливость, строгость нравов и целомудрие.

Мир православия весьма неоднороден: украинцы с их комплексом неполноценности от непринадлежности к Западу, давно католизированные поляки и хорваты, болгары с их давящим турецким прошлым, румыны с их смутными латинскими корнями, европеизированные киприоты и греки. И всё же, несмотря на различия, психологический и эмоциональный строй и характер православных и славян близки друг к другу, но разительно отличаются от менталитета западных и северных народов – прежде всего англосаксов и скандинавов, особенно протестантов (лютеран, англикан, кальвинистов, реформатов и дрю), не говоря уже о таких ответвленцах, как баптисты, квакеры, методисты, пятидесятники, мормоны, которыми напичкан западный мир. С такими отличительными чертами их национального характера как крайний рационализм, эгоцентризм, делячество, корыстолюбие, самодовольство, культ денег и наживы, ксенофобия, ханжество, двуличие, нетерпимость, лицемерие, вероломство, развращенность нравов. Маккиавелизм, иезуитство, инквизиция – тоже не православные и не славянские понятия. При этом среди англосксаксов и в целом в западном обществе принято высокопарно посмеиваться и подтрунивать над нерациональностью, эмоциональностью и романтической восторженностью русских и славян вообще, как «низшей расы».

Эти размышления можно завершить риторическим вопросом - остается ли в русской душе место для прежней «любви» к Западу? Особенно, если сегодня он злобно ощетинился против России, ничего плохого ему не сделавшей и ничем ему не угрожающей, если не считать угрозой нашу самостоятельность и чувство собственного достоинства. Отчего же мы продолжаем томно всматриваться ему, нелюбящему нас, в глаза, жадно вдыхать одурманивающие запахи и веяния, доносимые к нам недобрыми ветрами с той стороны. Надо ли мне, немолодому уже человеку, около 30 лет прожившему в Западной Европе, объяснять куда и почему исчезает национальная самобытность таких великих в прошлом культурных держав как Франция или Италия. И откуда в наш Русский мир, в нашу культуру и нашу явь пришли и проникают во все поры грубость нравов и примитивизм вкусов, цинизм, фальшь, пошлость, вседозволенность, вульгарность, физиологизмы и ужасный новояз, навеянные Западом. Отчего наши даже ведущие телеканалы забиты шоу и передачами, скроенными по голливудским лекалам, а книжные магазины - переводами низкопробных заокеанских бестселлеров, суть и предназначение коих состоят исключительно в затуманивании сознания граждан независимых государств с выраженной национальной самобытностью и в общей дебилизации населения планеты т.е. в массовом производстве граждан-зомби, не рассуждающих и легко выполняющих приказы Господина, Хозяина, Властителя. Неужели среди возгласов «вау» и «окей», так трудно разглядеть опасность безоговорочного, слепого следования идеалам, ценностям и стандартам мышления и поведения, навязываемым из-за океана. Цель которых, повторюсь, в подчинении других стран и народов отнюдь не доброй, а глубоко корыстной воле и грубой силе США и руководимой ими армии мрака.

В этой связи неизбежно возникает и второй злободневный и тоже риторический вопрос – а нужна ли нам ответная «любовь» Запада? Если в бытность СССР вся «холодная» война «с русскими» велась под лозунгом (точнее под прикрытием) «борьбы с коммунизмом», то сегодня вранье постыдно обнажилось, и любой непредвзятый человек видит и понимает, что стволы идеологических пушек и зениток Запада под командованием США нацелены на геополитические позиции суверенной России и превращение её жителей в прозападное быдло. Отсюда взрывная мощь семян ненависти и неприязни, которые на протяжении бессчётных лет рассеивает по миру в отношении России мощная пропагандистская машина Запада (через СМИ, кино, интернет и проч.).

Здесь не лишне добавить, что российская информационно - пропагандистская машина никогда не ставила и не ставит своей целью культивирование неприязни или ненависти в отношении стран Запада, даже откровенно враждебно настроенных против России. Мы терпеливо всё пытаемся, без заискивания и раболепия, как-то их утихомирить и расположить. Скорее посмеемся, чем насупимся, узнав об очередном выпаде против России, часто глупом или нелепом, какой-нибудь там Австралии или Канады. Потому что, если Западный мир – это комфортная цивилизация самообмана и очковтирательства, то Русский мир – это цивилизация правды, величия и силы духа. Любви между нами не может быть по определению – мы слишком разные во всём. Но главное – чтобы не было ненависти и вражды. Потому что эти чувства замедляют, искажают и ставят под угрозу общее поступательное развитие земной цивилизации, делают её заложником новых войн.

Давайте сойдемся на том, что холодный, расчётливый и враждебный нам Запад не заслуживает нашей бескорыстной и нежной любви. Пора бы перестать им восхищаться и ждать взаимности. Обратим эти чувства лучше на своих близких и на свою родину. Россияне должны, наконец, понять пагубную суть липкого «очарования» западной массовой культуры. Если Россия хочет выжить, то ни в коем случае не должна запутаться в тенетах «мягкой силы» Америки. Всмотримся, на примере Франции, в картину прискорбной утраты приверженности и любви к своей культуре и как результат - к постепенному исчезновению этой страны с карты великих культурных держав. Мы обязаны сделать всё, чтобы не допустить на российской земле повторения её печальной судьбы. Давайте придём в себя, встряхнемся, внимательно оглядимся вокруг и лишний раз задумаемся.

И будем бдительны.

Сергей Венедов, независимый эксперт, Женева

Комментарии (1)
Любовь Татузова, 21 МАЯ 2017
Всегда с интересом читаю материалы этого автора. Полностью солидаризируюсь с его оценкой текущей ситуации. У меня тоже складывается впечатление, что европейские страны, а в особенности неизменно любимая мной Франция, теряют свое лицо, свою самобытность и культуру под влиянием, выражаясь языком историческим, "варварского поглощения"... В истории много подобных примеров. К сожалению, сейчас на новом витке исторической спирали этот процесс происходит прямо на наших глазах. Жаль...
Оставить комментарий без регистрации
Все поля, отмеченные звёздочкой, обязательны для заполнения
Блоги
379
"По суворовским местам. Часть первая. Русси."
В последнюю среду августа, как всегда, прошла встреча с Swiss Club Russia, где мне посчастливилось познакомиться еще с новыми людь...
Ольга Кузнецова
Ольга Кузнецова
Клинический психолог
425
«Грязные танцы»
Америка всегда была пионером в изобретении новых модных танцев будь то тустеп, чарльстон, рок-н-ролл, твист, шейк и проч. Эти самы...
Сергей Венедов
Сергей Венедов
Независимый эксперт, Женева
436
«Отречемся от русского мира…»
Это обыгранное блогерами начало «Рабочей Марсельезы» вызывает в памяти хорошо известную строку из стихотворения Верони...
Сергей Венедов
Сергей Венедов
Независимый эксперт, Женева
616
«Франкотека» и культурный обмен
"Всероссийская государственная библиотека иностранной литературы имени М.И. Рудомино. Фото: Olga Kuznetsova" 16 июня ...
Ольга Кузнецова
Ольга Кузнецова
Клинический психолог

компании
Издательство "ОЛМА Медиа Групп"
ОАО «Завод «Копир»
Leyat Sarl
ОАО «НИИ «ФЕРРИТ-ДОМЕН»
Швейцарские часы
все о швейцарских часах
Cartier

Партнеры портала